Все статьи

Экзистенциальные потрясения

24 дек. 2015
151
О смерти[/CENTER]Часть 1. Мы боимся смерти, мы отрицаем ее, мы отталкиваем любые мысли и эмоции, с ней связанные. Страх застилает нам глаза, парализует дыхание. В период ожидания неизбежного, когда близкому объявлен приговор “casus incurabilis”, мы боимся телефонных звонков или смс из больницы, потому что в любой момент может прозвучать то, что уже ждешь и к чему сознательно подготовлен, но эмоционально не готов и еще долго не будешь готов. Нестерпимо больно видеть в гробу родное лицо (и в то же время уже чужое), нестерпимо, потому что больше никогда, никак и нигде вы не сможете поговорить, посмеяться, поплакать или порадоваться вместе. Когда священник говорит о последнем целовании, которое нужно отдать усопшему, вы подходите к гробу на ватных ногах, наклоняете голову к родному человеку, ваши губы касаются его лба, а рука головы, и вы ощущаете под рукой вечный холод и понимаете: «это все». В мозгу проносится мысль «скорей бы кончился этот день», - он конечно же закончится, но не принесет ожидаемого облегчения. Вновь и вновь вы будете вспоминать, как тупо сидели у постели умирающего, понимая, что ничего, ни-че-го! Не в силах изменить, что разговоры уже излишни, ибо его страдания велики; по просьбе сиделки или медсестры вы бежали в аптеку, глотая слезы с дождем, чтобы сделать хоть что-нибудь полезное, и возвращались, нагруженные пакетами, к постели умирающего, чтобы бодрым голосом сообщить, что все нужное куплено, что все будет хорошо, содрогаясь внутренне от своей лжи, и ловили уходящий потусторонний взгляд любимого человека, взгляд внутрь себя, который не встречается у живых... Вас ждет еще много теплых слов о вашем близком на поминках, и много хороших добрых воспоминаний и слов поддержки от родственников и друзей, но... Когда вы останетесь одни, снова и снова вы будете возвращаться к тому, что видели и чувствовали, провожая в последний путь своего родного человека. Свою маму или отца. И с этим надо научиться жить. Здоровая психика устроена таким счастливым образом, что медленно, со временем вы примете эту данность. Прежде чем наступит принятие, пройдет несколько фаз психофизического состояния: изначально период шока и отрицания произошедшего сменится агрессией (на других родственников, несправедливость жизни, иногда ауто-агрессией, когда вы будете заниматься самоедством и корить себя за то, что не сделали, не успели и тд). Эта фаза сменится в свою очередь печалью (иногда даже депрессией), апатией и пассивностью. Все это путь к окончательному принятию реальности. Бесконечных слез не будет. Здоровая психика умеет себя защищать. Очень возможно, что вы улыбнетесь даже на поминках, вспоминая смешные случаи из вашей жизни, детства... Здоровая психика будет переключать вашу скорбь на внезапную сиюминутную радость от чего-то веселого. Очень даже может быть, что вам захочется посмотреть смешную передачу – не отказывайте себе в этом. Съесть сладкого. Окунуться с головой в шопинг. Отключиться. Это нормально и не стыдно. В скорбный период утраты и горевания иногда может случиться и абсолютно неуместное, порицаемое собственным супер-эго внезапное повышение либидо (сексуальной энергии), как живительной жизненной силы, как антитезы переживаниям, страданиям и болезни. К большому сожалению, современная культура или точнее субкультура вечной неувядающей молодости диктует нам заботиться только о маскараде жизни. Причем провозглашается не столько культ здорового тела, в котором, как известно, здоровый дух, сколько сладкая идея возможности бесконечной молодости и красоты. Только бы найти тот самый заветный эликсир! И косметическая промышленность старается вовсю – нам предлагаются всевозможные рецепты омоложения, которыми пестрят журналы, и не только женские (впрочем, я давно уже не вижу принципиальной разницы между женскими и мужскими изданиями). Вспоминаются строки Омара Хайяма:В этом мире ты мудрым слывешь - ну и что? Всем пример и совет подаешь – ну и что? До ста лет ты намерен дожить – допускаю, Может быть, до двухсот доживешь – ну и что? . [/CENTER]В 60 мы хотим выглядеть на 40, а еще лучше на 30, а дальше – бесконечность? Тьма низкой истины о конечности существования подменяется иллюзией вечной молодости. Парализующий страх от одной лишь только мысли, что земная жизнь заканчивается самым неэстетическим образом, заставляет идти на поводу у собственных суеверий: «лучше не думать, потому что мысли материальны» или застольной банальности: «все там будем». В советскую эпоху идея естественной (не героической, в бою), а простой человеческой смерти также отрицалась, вытеснялась из массового сознания, ведь люди были «рождены, чтоб сказку сделать былью, преодолеть пространство и простор». Сейчас акцент сместился: коллективное «Мы» превратилось в эгоцентрическое «Я», но, как и прежде, конечность жизни – немодная тема, удел философствующих маргиналов. В нашей жизни мы больше готовы к информации о внезапной и неожиданной смерти - от теракта, взрыва в метро, крушения в самолете. Но никак не смерти от продолжительной болезни или старости, когда в организме запускается неизбежная программа умирания, и этот процесс идет своим чередом, иногда медленно, мучительно, сопровождаемый болью физической, нарастающей со страшной силой, и болью психологической от безысходности, страдания, страха и одиночества. Этот процесс, как и процесс рождения, нельзя ускорять или тормозить, как пишет основатель Санкт-Петербургского хосписа, психотерапевт А. В. Гнездилов в своей откровенной книге «Путь на Голгофу». Поучается, что в современном обществе без соответствующей подготовки невозможно с должной мудростью и спокойствием воспринять неизбежность будущей смерти, своей и своих близких. Древние праотцы были мудрее насчет “memento mori” – к примеру, древнегреческий философ Эпикур писал: «пока мы есть - смерти еще нет, а когда смерть наступает, то нас уже нет» (письмо к Менекею, пер. М. Л. Гаспарова). Вслед за древними философами наши выдающиеся современники пытаются рассуждать на данную тему, причем рассуждения некоторых особенно замечательны: «... Смерть – пункт назначения для всех нас. Никто никогда не смог избежать её. Так и должно быть, потому что смерть, наверное, самое лучшее изобретение жизни. Она – причина перемен. Она очищает старое, чтобы открыть дорогу новому» (Стив Джобс, речь по случаю вручения дипломов выпускникам Стэнфордского университета в 2005 году). Выдающийся австрийский психотерапевт Виктор Франкл писал о том, что именно конечность бытия и заставляет нас наделять жизнь и поступки смыслом... Анастасия Каракашева, Декабрь 2015