Все статьи

Одержимость любовью

01 авг. 2017
271
Слушал Быкова. Он начал с письма женщины, одержимой любовью, к женатому мужчине, который не собирается к ней уходить. Живет от смски к смске и просит не отговаривать отказаться ее от ее чувств. « Пробовала уже и не получается». Интерпретация Быкова этой одержимости сводилась к пустоте и безделью. Он говорил что эта одержимость и ему знакома не по наслышке. А дальше предлагал рецепт заняться чем-то полезным, ну и конечно перебрасывал мостик на всю страну и ее состояние. Получалась что страна в безделье и праздности становится одержима напоминая Россию Серебрянного века. А дальше он рассуждал об МДП и работоголии, отчасти понимая что вести полуночную передачу симптом и того и другого. Да и рецепт давал со своей каланчи работоголика.
В чем же я согласен и не согласен с Быковым.

Действительно влюбленность как одержимость тесно связана с внутренней пустотой, пустотой нарциссической и уже вытекающей из нее невозможностью делать что-то плодотворное. Ведь плодотворность подразумевает наполненность. То есть Быков верно связывает бездеятельность с одержимостью другим. Но праздность не причина одержимости. И то и другое симптомы внутренней пустоты и нарциссизма или проще комплекса неполноценности. В ядре этого комплекса глубоко спрятанное, но постоянно действующее ощущение стыда себя. Я стыжусь себя, считая себя ничтожным, слабым, тупым, некрасивым. Изо всех сил я прячу это истинное я, посвящая всю свою жизнь формированию идеального ложного Я. Демонстрируя всем свою красоту, богатство, достижения. Я не работаю потому, что работа должна быть идеальной и достойной моей звездности. Кроме того если я буду работать неизбежно раскроется моя неполноценнсоть. Я совершу ошибку, делаю что-то не идеально и все поймут, что я не звезда. Но если ничего не делать, трудно создать иллюзию успеха. Поэтому неполноценность может вести как и к вынужденному безделью так и к работоголии. Работоголизм может не только помогать сформировать это ложное, идеальное Я, но и не дает соприкоснуться с внутренней пустотой и стыдом. Когда я работаю мне некогда чувствовать. Но если нарцисс работоголик, это социально приемлемо. А вот если он ничего не делает, это слишком раздражает, слишком бросается в глаза. Бездеятельность подрывает саму основу функционирования общественного муравейника.

Именно недеяние порождает философию и рефлексию. Так необходимую для развития сознания, принятия себя и мира и открытия взаимозависимости, вместо пребывания в иллюзии отдельности. Но конечно именно этого и избегает неполноценность. Ведь комплекс обслуживает сам себя, он не заинтересован в исцелении. Для этого исцеления необходимо отвернуться от мира и развернуться к себе. Вывести истинное я из подполья, отказавшись от я фальшивого, принять себя таким как есть. Но вместо этого внутренняя пустота сразу заполняется другим. Ведь главный смысл комплекса неполноценности это увидеть восхищение в глазах других, стать идеальным. Для того чтобы справится со стыдом используются две стратегии: обесценивания одних и идеализации других. Большинство видится как безвусное, тупое, некрасивое. Так проецируется фантазия о ничтожном истинном я. Но некоторым присваивается статус звезды- яркой, умной, творческой, обладающей тонким вкусом и ослепительно красивой. Тогда я все готов отдать за то, чтобы быть с этим человеком, ведь в свете звезды и я обретаю звездную ценность, а чувство стыда временно отступает. Неполноценность формируется от нехватки отражения истинного Я.

Не хватило влюбленного материнского взгляда, принимающего тебя таким как есть, когда само твое существование вызывает восторг. А значит жизнь будет посвящена поиску этого взгляда. Проблема в том, что те, кто будет восторгаться, сразу будут обесценены. Они ничтожны, потому что восторгаются мной, не видят моей ничтожности, а значит и сами ничтожности. А вот отвергающий объект долго остается идеалом. Во первых потому что воспроизводится ранний опыт нехватки отражения, а нет почти ничего сильнее желания погрузиться и переиграть ранний опыт. Но вот только он не переигрывается, а лишь воспроизводит травму. Во вторых отвержение другого позволяет сохранить идеальную фантазию. Настоящие принцессы и принцы не ходят в туалет. Поэтому, когда отвергающий все же соглашается на близкие отношения и обнаруживает свою реальность, он мгновенно обесценивается и становится обузой. Но самое важное это проекция идеальной, ресурсной составляющей своего истинного я на того, кем одержим влюбленный. В ядре неполноценности находится расщепление истинного я на идеальное и ничтожное и последующая проекция этих составляющих на окружающих. Одержимость другим показывает именно проекцию прекрасной, но недоступной части себя на другого. Потому так важен вопрос: Чем именно так притягивает Вас этот человек? Частые ответ, которые давали мои клиенты кроме понятного она ослепительно красива - творчеством, свободой, тонкостью, благородством, эмоциональностью, открытостью ну и конечно никто меня не понимал так хорошо. Как эту проекцию вернуть себе? Как преодолев стыд позволить себе творить, быть свободным, благородным, эмоциональным и открытым? Ну и конечно красивым? Как обнаружить звезду в себе?

Поэтому для меня одержимость другим, все же прогресс. Попытка соприкоснуться с собственной обесцененной сутью. В ней надежда на возрождение. Если удастся развернуть эти чувства в сторону творчества, освобождения от постоянного обесценивания, в сторону возможности почувствовать свое истинное я и склеить расщепление между идеальным и ничтожным я, появится надежда на исцеление. Новое рождение я, такого как есть, с его силой и слабостью, красотой и уродством, я которое способно наконец услышать другого и вступить в диалог выбираясь из омута одинокого прозябания в стыде неполноценности.

Что проецировал Хосе в своей маниакальной одержимостью Кармен? Прежде всего свободу, эмоциональность, жизнь. Поэтому он и пожертвовал на алтарь любви свою скучную персону мундира. Но его трагедия в невозможности почувствовать свободу Кармен в себе. Поэтому когда она его бросает, он ее убивает во многом из зависти к ее свободе и невозможности эту свободу потерять. Умри и останься моей.

Напоследок я бы добавил и одержимости и неполноценности глубокого религиозного измерения. Немного конфронтируя с обесценивающим переносом, которым так легко заразиться, и в который неосознанно проваливается сам Быков. В суффийских радениях обращаются к возлюбленной, бесконечно прекрасной и недостижимой. Известен случай суффийского мастера увидевшего прекрасную девушку и скончавшегося от голода или любви под ее окнами. Любовь – одержимость притягивает нас своей силой, за которой мы найдем архетип, стрелы Эроса и влияние богов. По сути это инстинкт названный Юнгом религиозным. Так душа ищет смысл, путь и что-то лежащее за пределами ограниченной материальности. Поэтому не стоит спешить вернуть отчаянно влюбленного к работе и прозе жизни. Скорее важно сублимировать, вознести эту любовь до религиозного экстаза, освободив душу из тюрьмы неполноценности. Тогда может открыться главная тайна бытия – раскрывающая способность оставаться в любви за пределами оценок, идеализаций и обесценивания. Именно к возможности так любить тянется одержимый влюбленностью.

Теперь о стране. Конечно она тоже травмирована нарциссически. Нам всем не хватило простого принятия. Наша великая родина мать ждала от своих детей подвигов и беспощадно кидала их в жертвенный котел своей грандиозности. Плоды и уроки этой жертвенной духовности так и остаются вытесненными из коллективного сознания. На поверхности же современной российской жизни буквальный материализм и компенсаторные попытки выйти из него через жертвенную религиозность изоляционизма и мазохистского торжества. Вновь обрести сочетание духовности и человечности сейчас самая сложная задача не только для страны, но и для мировой культуры в целом. А безделье и работоголизм – это спрятанные полюса Депрессии и Мании, свойственные неполноценности и нуждающиеся в понимании, а не осуждении.