1. Татьяна Ребеко
    20 дек 2016 28683
    Татьяна Ребеко Психолог
    Архетипы АНИМА И АНИМУС

    «Анима» в дословном переводе с латыни означает «душа», тогда как слово «Анимус» – это новояз, который буквально можно перевести как «душ» (душа мужского рода). Юнг полагал, что Анима – это женская часть психики мужчины, а Анимус – мужская часть психики женщины. По сути, и то, и это – архетипы гендера. Анима и Анимус являются во многом неосознаваемыми архетипами.

    Анима и Анимус.jpg

    Юнг полагал, что Анима – это, прежде всего источник чувства и настроения мужчины. «Анима – это персонификация всех женских психологических тенденций в психике мужчины, таких как туманность и расплывчатость чувств и настроений, пророческие наития, восприимчивость к чему-то иррациональному, способность к индивидуальной любви, и, в конечном счете – связь с Бессознательным». Иногда Юнг прямо говорит, что Анима – это архетип, который работает как проводником между сознанием мужчины и его Бессознательном. Он отмечал, что Анима – это эмпирическое понятие, но не давал никакого логического объяснения: «Вопреки часто высказываемому предрассудку, будто речь идет о какой-то теоретической выдумке или, того хуже, о чистой мифологии, я должен подчеркнуть, что понятие Анимы – это чисто опытное понятие, цель которого состоит только в том, чтобы дать имя группе родственных или аналогичных явлений». Эти родственные явления могут быть заполнены разным материалом, но структурно они одинаковы. Таким образом, Юнг вводит понятие Анимы для обозначения сходного опыта. «Анима – это хтоническая («зарытая в землю»), архаическая часть души мужчины. Этот термин не стоит смешивать ни с христианско-догматическим, ни с каким-то другим философским понятием души. Если кто-то желает составить себе сколько-нибудь конкретное представление о сущности того, что выражается этим понятием, то лучше вернуться к античным авторам или классической китайской философии, где Анима понимается как женская хтоническая часть души. Такая отсылка к прошлому всегда, разумеется, сопряжена с опасностью конкретизма, чего я стараюсь избежать. Речь идет не об абстрактном, а об опытном понятии, которому присущ облик, в коем Анима у нас проявляется».

    Анима имеет совершенно определенные свойства, которые в целом выражаются в том, что это, прежде всего настроение, чувства и какие-то порывы. Поэтому Юнг иногда говорил, что Анима – это готовность к прыжку. Недаром в старые времена одержимость Анимой называли аниматозностью (раздражимостью, возбудимостью мужчины, когда тот ведет себя как принцесса на горошине и возбуждается на самые разные стимулы – причем сила реагирования в таких случаях неадекватна силе стимула). Если говорить об Аниме как о готовности к реагированию, то нужно отдельно рассмотреть источники образа Анимы. В психике мужчины этот образ сильно смикширован с образом матери, поэтому мужчине трудно разделить где заканчивается мать и начинается Анима. Образ Анимы придает сыну идеализацию матери. Мать для сына имеет совершенно демоническую власть, куда бóльшую, чем власть человеческая. Анима несет эмоции и аффекты. Благодаря Аниме мужчина имеет контакт со своей инстинктивной сферой, которая, разумеется, социально не оформлена – и грубая порода из Бессознательного, попадая в сознание, вызывает какую-то разруху, например в виде вулкана страстей, мыслей или наитий.

    Анима – это фактор наибольшей важности в психике мужчины, где всегда действуют эмоции и аффекты. Это довольно «стервозная» часть психики – она усиливает, преувеличивает, подделывает и мифологизирует все эмоциональные отношения к профессии и людям обоих полов. Когда Анима уже в достаточной мере упрочилась, она изнеживает характер мужчины и делает его восприимчивым, раздражительным, капризным, ревнивым, тщеславным и неприспособленным. Был мужик, а теперь «принцесса на горошине» (эту аналогию использует сам Юнг). Люди, оказавшиеся под влиянием чрезмерно развитой Анимы, оказываются пропитанными ею. Они находятся в состоянии недомогания и распространяют это недомогание повсюду, все шире и шире. Полная дисфория, все не то и все не так. И эта Анима начинает раздражать окружающих. «Аниматозные» мужики совершенно невыносимы, а в их окружении чувствуешь себя как на минном поле. Некомфортно.

    Юнг считал, что до наступления зрелости (в его понимании это примерно 35 лет) мужчина может без ущерба переносить потерю Анимы. Нужно чтобы мужчина стал мужчиной и справился с задачей обретения своей маскулинности. В случае гомосексуальности у нас происходит полная идентификация с Анимой. Поскольку мужчина через Аниму имеет связь с Бессознательным, то Юнг особо отмечает, что женские атрибуты у мужчины часто можно наблюдать на примере пророков и шаманов. Некоторые шаманы, готовясь к обрядам, рисовали на своей одежде женские груди и говорили высокими женскими голосами, тем самым всячески подчеркивая контакт с Бессознательным. Во всех культурах люди, имеющие какой-то контакт с Бессознательным и способные выносить оттуда какой-то контент, разными способами выдают свою связь с женским (одежды, прически, аксессуары). Если посмотреть на иконы, то можно заметить у многих мужчин длинные волосы и отметить общее женоподобие их лиц. Более того – одеяние православного священника скорее можно назвать женским, чем мужским.

    Если мужчина не обретает контакт с Анимой до 35 лет, то он утрачивает всякую жизненность и у него наступает то, что Юнг называл «потерей души». При этом важно не идентифицироваться с Анимой, чтобы не уйти в гомосексуализм. Более здоровым вариантом является латентная бисексуальность («Мужчина, который осознает свою латентную бисексуальность и в гетеросексуальном плане становится намного более изысканным, изощренным и благополучным»). Гомофоб же настолько боится контакта со своей Анимой, что вместе со своим страхом перед гомосексуальной ориентацией он отсекает и какую-то часть своих эмоций и чувств. Если воссоединение с Анимой не состоялось, то у человека возникает потеря жизненности, флексибильности и человечности. Он сталкивается с преждевременным оцепенением и закостенелостью, стереотипией, фантастической односторонностью, становится своенравным и педантичным либо утомленным и неряшливым, с ребяческой склонностью к алкоголизму. Он либо грубеет и превращается в «человека в футляре», либо превращается в «заболоченную лужу». Эти два непродуктивных типажа нередко встречаются в художественных произведениях.

    Анима мужчин отчасти смешана с матерью, но иногда проецируется на жену. Если мужчина не вполне осознает свое Аниму и не контактирует с ней на уровне сознания, то он может проецировать на своего партнера свою теневую Аниму – и тогда партнерша станет «носителем порока». Юнг: «Идентификация с социальной ролью – щедрый источник неврозов вообще. Человек не может безнаказанно отделаться от самого себя в пользу искусственной личности (Персоны). Уже только попытка этого обыкновенно вызывает бессознательные реакции, настроения, фобии, навязчивые представления, слабости, пороки. Социально сильный мужчина в частной жизни чаще всего дитя по отношению к состоянию собственных чувств. Его общественная дисциплинированность, которой он так настойчиво требует от других, в частной жизни жалко буксует. Его «любовь к своей профессии» дома обращается в меланхолию. Его безупречная публичная мораль под маской выглядит поразительно – мы уже говорим не о поступках, а только о фантазиях (впрочем, жены таких мужей могли бы рассказать об этом кое-что еще). Его самозабвенный альтруизм... Его дети смотрят на это иначе». Довольно типичная ситуация в психотерапии – отец клиента был каким-нибудь партийным боссом, выбивающим всем путевки и квартиры, а его собственному ребенку ничего не перепадало – и он чувствовал, словно бы папы и нет вовсе. Сам Юнг описывал одного своего клиента – мужчину, который изначально заявил ему, что пришел на консультацию из-за любознательного интереса к психоанализу. Общаясь с этим клиентом, Юнг понял, что у того, как будто бы не было никаких пороков. Его теоретические знания начали буксовать – и он даже задумался о пересмотре всей своей доктрины. А потом к Юнгу пришла жена этого клиента – и Юнг понял, что всю свою негативную часть этот деятель слил на свою супругу.

    Юнг выделяет несколько стадий развития Анимы, которые соответствуют стадиям психического онтогенеза:
    1. Анима характеризуется фигурой Евы, которая репрезентирует чисто биологические инстинктивные уровень. Особенно ярко это можно наблюдать на стадии пубертата, когда мальчики особенно активно интересуются порнографией. Отсюда же типичный сюжет с подростками, подглядывающим за взрослыми тетками в бане. Эстетики никакой, зато мясо и биология во всей красе. То же самое с жестким ***** – там нет никаких отношений, только куски гениталий в close-up. Если же порнографией интересуется взрослый дядя, это уже должно настораживать – скорее всего, он завис на первой стадии развития Анимы. Когда ***** смотрит подросток – это нормально, но если этим же занимается зрелый 30-летний мужчина, вокруг которого огромное количество женщин – это уже, мягко говоря, чудачество. Если порнографией интересуется дядечка в 50 лет – это уже сильно нездоровая ситуация.
    2. Романтическая любовь – это уже эстетический уровень. Вспоминаем рыцарские романы со всеми их дамскими платочками. Во главе угла таких отношений эстетика и романтизм. Из этой же серии браки между людьми, между которыми раньше были детские отношения – такие люди сохраняют частичку того наивного романтизма из детства, когда они вместе ходили в одну песочницу. Это очень трогательно и в этом очень много чистоты.
    3. Здесь Анима характеризуется фигурой девы Марии. Суть: Эрос и любовь к духовным ценностям в высоком смысле. Не Эрос как плоть, а именно Эрос как любовь. Неисчерпаемая любовь ко всему.
    4. Премудрость Божья – здесь уже происходит слияние с Самостью.
    Безусловная любовь и способность безусловного принятия всего. В целом это достаточно близко к тому, о чем пишет Эрих Фромм.

    Анима часто изображается в виде колдуньи или ведьмы, завлекающей и затягивающей мужчину. Сирены, опять же. Нередко образ Анимы выступает в виде соблазнительницы и искусительницы, которая потом оказывается ведьмой или еще чем похлеще. Отсюда же все сказки, в которых 100-й жених приходит свататься к Принцессе и видит на входе 99 голов, насаженных на колья.

    Кроме того, существует понятие позитивной и негативной Анимы. Позитивная Анима ведет мужчину к освоению глубин своего Бессознательного, но она позитивна в смысле своего последействия – мужчина осваивает какую-то область, неведомую ранее. Этакий добрый проводник в Бессознательное. Негативная Анима завораживает мужчину и заводит его в кризисную ситуацию, из которой почти нет выхода. Но такое понимание негативной Анимы небесспорно, поскольку прохождение кризисов предполагает обретение нового опыта – и, соответственно, развитие.

    Переходим к Анимусу
    Анимус – это мужская часть психики женщины. Юнг говорит, что как бы ни трудно нам было бы понять суть Анимы, еще сложнее понять Анимус. Дело в том, есть представление, что мужчина больше живет в сознании и в рассудке, тогда как женщина – в чувствах. По этой причине мужчина может хотя бы рассудочно понять, что за каша творится с его чувствами и Анимами. Соответственно, перед женщинами стоит на порядок более сложная задача – прочувствовать, что происходит с логосом. Юнг пишет: «Если бы мне нужно было одним словом обозначить то, в чем состоит различие между мужчиной и женщиной в этом отношении, и то, что характеризует Анимус в отличие от Анимы, то я могу сказать одно слово – если Анима производит настроение, то Анимус – мнение. И как настроение мужчин появляется на свет из темных глубин, так же и мнение женщин основывается на столь же бессознательных априорных предпосылках. Мнение Анимуса очень часто имеет характер солидных убеждений, поколебать которые невозможно, либо принципов, которые якобы неприкосновенно общеобязательны. Анализируя мнение, мы первым делом сталкиваемся с бессознательными предпосылками. Эти мнения мыслятся так, словно такие предпосылки существуют». Как это выглядит на практике: женщина берет какую-то априорную предпосылку, неизвестно на чем основанную (например, «Как известно... »), и строит на ней логичную выкладку, которая очень раздражает мужчин. Женщина точно знает, как она дошла до мысли такой. И если на каком- то этапе ее логической дорожке ей укажут на какое-то противоречие, то она легко придет к тому же умозаключению с другой стороны. В действительности же эти мнения женщин не мыслятся, а берутся уже законченными и готовыми – причем до такой степени убедительно, что женщине даже в голову не приходит в них сомневаться. Уж если баба что решила – это будет (при условии, что это ее Анимус). Еще и всех окружающих сагитирует в пользу своей идеи, будь то уринотерапия или моржевание.
    Анимус женщины может выхватывать какие-то новые идеи, к которым женщины очень чувствительны. Причем они могут не знать, откуда эти идеи взялись и почему они важны – но они их чувствуют через контакт с Бессознательным.

    По аналогии с позитивной и негативной Анимой можно выделить и позитивный и негативный Анимус. Позитивный Анимус ведет женщину к прозрениям и следованию всяким разным вероучениям (смысл которых она может не понимать до конца). А негативный Анимус может, например, заставить женщину служить Сатане – причем и здесь она будет истово верить в то, что поступает верно.

    Еще цитата из Юнга: «Анимус принимает форму тайного священного убеждения. Когда такое убеждение проповедуется громким настойчивым мужским голосом, или когда оно навязывается всем окружающим посредством бурных эмоциональных сцен, за этим легко опознается маскулинность, лежащая в основе женщины. Более того, в той женщине, которая выглядит чрезвычайно женственной, Анимус бывает в той же мере жестоким, выказывая неумолимую силу. Совершенно неожиданно это может обнаружиться у женщины вопреки ей самой как что-то упорно настойчивое, холодное, совершенно неприступно замкнутое. Одной из излюбленных тем, которую Анимус повторяет у такого типа женщин: «Единственное, что я хочу в этом мире – это любовь. Но он меня не любит».

    Негативный Анимус иногда показывается как демон Смерти (например, Синяя Борода, который убивает своих жен, сующих нос в запретные комнатки). «Негативный Анимус – это полуосознаваемые, холодные, деструктивные размышления». Это то ли чувства, то ли наития – но вот проскочила мысля – и оставила нехороший след в стиле «вряд ли здесь что-то получится». Причем в данном случае женщина не додумывает до конца – в ней говорит не сознание, а Анимус. Особенно охватывают женщину эти размышления тогда, когда она начинает думать о своей женской доле и о чем-то еще подобном. Это – своего рода паутина расчетов и мыслей, заполненных злобой и интригами. Эти мысли вводят ее в такое состояние, что она может даже причинить смерть своим близким. Если женщина охвачена негативным Анимусом, то могут пострадать даже ее близкие. Например, одна из клиенток Юнга, рассматривая картинки Французской Ривьеры, сказала ему: «Когда один из нас умрет, я поеду на Ривьеру». Абсолютно полуосознаваемая вещь. В сознательном виде это бы звучало как «Я хочу, чтобы мой муж умер» или «Мой муж мешает мне жить», либо как «С ним я не могу поехать на Ривьеру, потому что он лежебока». Как только пагубные мысли осознаются, они перестают оказывать негативное влияние. Юнг пишет: «Женщина может загнать в болезнь своих близких, жена – своего мужа, мать – своих детей, пособничая их несчастному случаю и даже смерти». Действительно, часто на прием приходит женщина с жалобами на неприятности у близких, а в ходе терапии выясняется, что эти близкие так или иначе мешают ей жить и наслаждаться жизнью. При этом женщина боится высказать эту негативность в форме «Мне мешает муж/дочь/мама».

    Помимо источника мнений Анимус также может выступать в качестве коллективной совести. Мнения Анимуса всегда коллективны и стоят над индивидуальными суждениями.

    Если сознание мужчины множественно, а его Анима унитарна, то у женщины все наоборот: ее сознание унитарно (дом-семья-секс – все в одном), а Анимус – множественный. Поэтому женщина может быть влюблена сразу в нескольких мужчин. Если мужчина влюблен в женщину, то она для него и самая умная, и самая красивая, и самая желанная. А женщина может любить 10 мужчин сразу. С одним она ходит на выставки, с другим смотрит фильмы, с третьим спит, от четвертого млеет, а от пятого прѐтся, когда тот на брусьях крутится. Поскольку женщина коллективна, постольку и ее мнения коллективны («Все так говорят», «Все это знают», «Всем известно»). А еще женщина, в известном смысле, более совестлива, потому как она является как бы конденсатом коллективной совести («Так нехорошо поступать»). Идея коллективной совести ей не чужда. Эта своеобразная «судебная коллегия» и есть персонификация Анимуса. «Анимус – это нечто вроде собора отцов или иных авторитетов, которые с кафедры произносят неоспоримые разумные приговоры. Если бросить на дело более пристальный взгляд, то окажется, что эти взыскательные приговоры, видимо, главным образом представляют собой слова и мнения, может быть – бессознательно вычитанные, начиная с детского возраста, из книг, и собранные в канон образцовой истины, правильности и разумности». Это тезаурус предпосылок, которые проявляются везде (например, женщина может сказать: «Так всегда поступали в подобных случаях»). В одном из мест Юнг отмечает, что женщина намного чаще мужчины использует местоимение «Я» (хотя по факту справедливее было использовать местоимение «мы»). С одной стороны Анимус имеет консервативный пласт, опирающиеся на общие мнения и некую консервативную совесть, но Анимус также и реформатор. Женщина, одержимая Анимусом, питает слабость к темным, незнакомым словам, приятнейшим образом заменяющим обычные размышления. Анимус женщины прилипает к величайшим истинам, сказанным полунамѐком, а не прямо и буквально. Настоящие донжуаны умеют нашептать на ушко правильные слова, за которыми ничего не стоит. Если женщина находится в состоянии одержимости Анимой, то единственный способ ее растормошить – это подойти, крепко обнять и уверенно сказать три волшебных слова: «ВСЕ БУДЕТ ХОРОШО! » Бред бредом, а женщина верит. У интеллектуальных женщин Анимус вызывает страсть к рассуждениям, которые должны быть интеллектуальными и критичными, но которые должны заключаться в том, чтобы второстепенный и неважный момент превращать в абсурдную суть дела (e.g. «Нет, ну ты мне скажи... Зачем ты сказал, что я никогда не готовила такой вкусный винегрет? Да ты меня никогда не любил, никогда не ценил... »).

    Когда оба партнера заражены Анимой и Анимусом – это то еще кино.

    Допустим, она сказала: «Давай пойдем в кино», а он ответил: «Ну». Чем больше мужчина углубляется в свое настроение, тем больше женщине хочется понять, что он имеет в виду своим неответом на ее вопросы. И начинается поочередное сшелушивание эпидермиса, дермы и мышц. Мужчина, не находящийся в состоянии одержимости Анимой не отреагирует на «наезды» женщины и пропустит их мимо ушей. Но если он залип в Анима-настроении, а она – в Анимус-мнениях, то шрапнель полетит во все стороны. Она будет все больше и больше допытываться идеи, а он – все больше и больше уходить в чувства. Причем он не понимает, в какие чувства он уходит, а она – какой его ответ ее удовлетворит. Хотя бы потому, что удовлетворительного ответа тут нет. Потому что чтобы получить ответ, нужно четко сформулировать вопрос, а женщина в данном случае этого сделать не может. И чем больше ее непонимание, тем сильнее нарастает раздражение.

    Часто негативный Анимус проявляется в сновидениях, видениях и страхах как демон смерти в виде грабителя или убийцы. И Анима, и Анимус склонны все преувеличивать – просто первая преувеличивает чувства, а второй – идеи (например, идею взлома или насилия). «Пребывая в самой сердцевине женщины Анимус шепчет: «Ты несчастна. Что пользы стараться? Нет смысла что-либо делать – жизнь никогда не изменится к лучшему».

    Юнг приводит такое сновидение одной из своих клиенток: «Две замаскированные фигуры карабкаются на балкон и забираются в дом. Они закутаны в черную одежду с капюшоном. Кажется, будто бы они хотят мучить меня и мою сестру. Сестра прячется под кроватью, но они выталкивают ее оттуда метлой и начинают пытать. Теперь наступает мой черед. Главарь толкает меня к стене, делая при этом какие-то магические движения перед моим лицом. В это самое мгновение делает что-то вроде наброска на стене, и я, увидев это, говорю – чтобы выглядеть дружелюбно – «О, как хорошо нарисовано! » Теперь, совершенно неожиданно, у моего мучителя благородное лицо артиста, и он говорит величественно: «Да, кстати» – и начинает потирать свои очки». Что имеем: дура дурой, а сообразила, что надо бы выглядеть дружелюбно, дабы вслед за сестрой не отправили. Бессознательный Анимус в чистом виде. Мужчина не может «выглядеть дружелюбно», он может неожиданно испытать дружелюбие – но вот выглядеть дружелюбно после того, как только что замучили сестру – так он не умеет. Это сновидение Юнг толковал так: эта женщина (а ей было что-то вроде 45 лет) хотела поменять свою профессию и размышляла – не поздно ли перейти в искусство. Ее сестра по факту умерла еще в молодости, но при жизни у нее были какие-то художественные дарования. Это сновидение показывает, что пока она своим умом боится решиться на смену профессии, ее преследует Анимус. Как только она понимает, что она может изменить свою жизнь и поменять свою профессию даже в 45 лет, грабитель- убийца превращается в благородного артиста. Так негативный Анимус может переходить в позитивный (впрочем, возможен и обратный вариант).

    Для Анимуса, как и для Анимы, характерна стадиальность развития. Здесь Юнг выделяет четыре стадии:
    1. ***** – тут все как с Анимой. Этап представлен физкультурником, мускулистым атлетом и прочими подобными типажами. По этой причине в школе наибольшим спросом пользуются качки (хотя есть и девочки, у которых данный тип вызывает чуть ли не отвращение – в этом проявляется их неосознанный страх попасть под влияние Анимуса). Инстинкт, биология и фиксация на физических данных.
    2. Инициатива и способность к планомерным действиям. Девочки из старших классов и студентки младших курсов являются на порядок более способными к планомерным действиям, чем их ровесники противоположного пола. Все аккуратно и целенаправленно записано в тетрадку, все четко и по полочкам.
    3. Анимус становится миром и репрезентируется каким-то лицом или духовным учением. Там где в Аниме обретается разлитая и всеобщая любовь, в Анимусе развивается духовность. Там эротичное, а тут – духовное.
    4. Слияние Анимы и Анимуса. Анима идет со стороны любви, Анимус – со стороны мнений. И на этой стадии они сливаются воедино. Юнг считал, что в этом смысле мы идем от гермафродита к андрогину.
    Анимус и Анима существуют по принципу взаимодополнения, в основе которого лежит архетип Священного Брака (Иерогамуса) – это брак, в котором две противоположности дополняют друг друга и создают абсолютную целостность. Поэтому Юнг предполагает, что любой брак – это попытка воссоздания Иерогамуса, в рамках которого Анимус женщины должен найти контакт с Анимой мужчины.
     
  2. Понравилось? Поделитесь с друзьями